Рейтинг 0.0/5 (0 голосовать)  «Тебя вечно нужно упрашивать! Будь человеком! Что ты все время ломаешься и заставляешь меня перед тобой унижаться и просить Христа ради! Как будто я не мужчина, а какое-то грязное животное, которому только одно и надо, получить удовольствие и завалиться спать! У тебя вечно какие-то проблемы: то критические дни, то головная боль, то отсутствие настроения. Когда оно, твое капризное настроение, уже в норму придет, чтоб я мог, в конце концов, расслабиться и получить удовольствие от жизни во всех ее проявлениях? Почему я вечно должен зависеть от него?» – возмущается внутренне, а порой и внешне мужчина, готовый все бросить и мчаться в связи с вашим равнодушием к его естественным потребностям вдогонку за первой проходящей мимо юбкой.
Не играйте с огнем! Есть опасность, что в один прекрасный момент он погаснет и махнет за новым огнивом куда-нибудь на кухню в соседскую квартиру, где «зажигают» по полной программе. Так, что штукатурка с потолка сыплется, и стекла в окнах дрожат. А стоны! Какие изысканные стоны разносятся оттуда по ночам! Все окрестные мужики слюной захлебнулись от зависти. А ваш-то, ваш все интересуется у консьержки, кто это там, в двадцать четвертой квартире, на шестом этаже обитает, мол, опять залили сверху. А сам вовсе не состоянием сантехники соседской озабочен, а совсем иными пикантными подробностями их жизни. Так он устроен, и ничего с этим не поделаешь! В конце концов, это лучше, чем, если бы он вообще не интересовался бы сексом, что бы вы тогда запели? Но все же, как я вас понимаю, потому что и сама порой заставляю себя заняться с ним постельной «релаксацией» под большим внутренним пистолетом. Не то что бы мне это совсем не нравилось, не то что бы я была к этому равнодушна... Нет. Как раз наоборот. Только вот мое сексуальное влечение, равно как и его «готовность номер один», очень капризное состояния. И не поддается насилию. У него есть свои правила и свои закономерности, о которых мой благоверный даже и не догадывается. А правила и ритмы эти не всегда совпадают с его бешеными и спонтанными порывами и неуемным темпераментом. Он думает, что меня можно как-то перехитрить, уловки там всякие придумывает, канючит или силой берет, не битьем, так катаньем, что называется. И я сдаюсь, порой, чтоб только отстал и не морочил мне голову, чтоб он побыстрее весь этот марлезонский балет завершил и засопел бы мирно и удовлетворенно. А я... А кого интересует мое состояние после всего этого? Так вот, хочу ему ответить в том же духе, в каком и он мне давеча выговаривал. Чтоб он, наконец, понял, что природу не переделаешь. Что ее не ломать и уламывать надо, а просто изучить, подстроиться под нее и гармонично и без проблем войти в мой ритм и мое состояние, которое если удастся поймать и настроить в унисон со своим, принесет нам обоим самые незабываемые моменты счастья, которые станут настоящей, самой настоящей, а не насильно насажденной «сексуальной, эмоциональной, телесной, духовной релаксацией»! Ну что ж, дорогой, готовь уши, рассказываю тебе все, как на духу! «Ты меня хочешь? Именно сейчас, именно в эту минуту, когда я с кухонным ножом стою у плиты или стираю твои рубашки, наклонившись в довольно пикантной позе? Я могу тебе уступить! В конце концов, в твоем жгучем желании есть особый шарм и особая энергия магического мужского притяжения. Но, во-первых, если ты внезапно подойдешь сзади и сразу начнешь с основного, то боюсь, рискуешь случайной кастрацией или множественными переломами, когда мы, поскользнувшись на скользком полу в ванной, вместе рухнем в воду. А, во-вторых, тебе же самому может не понравиться, потому что произойдет скомканно и быстро. А в принципе, я ведь почти всегда соглашаюсь на твое «хочу». И подыгрываю тебе! Могу даже фигурно выгнуть спинку, как похотливая кошечка. Постонать от мнимого удовольствия тоже могу, чего не сделаешь ради сохранения семьи. Я даже могу согласиться заниматься этим утром, вечером и днем, во время обеденного перерыва, надев для твоего удовольствия и полного кайфа созерцания какие-нибудь «фильдеперсовые набедренные повязочки с кружевчиками». Я могу выбрить там и сям, везде, где только пожелаешь, именно так, как ты хочешь, стать в такую позу, которая твоей душеньке и другим органам и системам угодна. И ублажить тебя, ненасытного, наконец, до полного изнеможения, чтоб оскомину вызвать и чтоб ты от меня отвязался на пару часиков..... И дал мне, наконец, выспаться, отдохнуть, прийти в себя после напряженного трудового дня, после нервотрепки на работе, после скандала с твоей драгоценной мамочкой, беготни по магазинам, прачечным, рынкам и прочим увеселительным заведениям вплоть до кухни, где любит проводить все свое «свободное» от секса время твоя жена, то есть я. НО... Ты когда-нибудь, ну хоть когда-нибудь спросил меня, почему я не хочу заниматься с тобой сексом? Почему я придумываю предлоги и ищу поводы для маленьких губонадувательных представлений, чтоб у тебя не возникло даже малейших поползновений сегодня попробовать ко мне подступиться? Почему? ТЫ МЕНЯ КОГДА-НИБУДЬ ОБ ЭТОМ СПРАШИВАЛ? Спрашивал, по-моему, я не помню. Но все как-то не так. Как мне бы того хотелось. Все как-то слишком прямолинейно и грубо. И я даже пыталась ответить, но говорила всегда не то, что хотела бы сказать и не то, что думала, а то, что отвечалось в отместку за твою твердолобость, невнимательность и нечувствительность к таким тонкостям. Ну, разве можно так в лоб? Я ведь не Манька какая-нибудь Облигация, я женщина, жена, в конце концов. Разве можно со мной так? А как? Да я и сама не знаю! Только мне хочется почему-то, чтоб ты чувствовал и понимал мое настроение и состояние, умел его угадывать, читал бы по маленьким на первый взгляд незаметным негласным штрихам и сигналам. Ну, как ты не поймешь, что во мне все устроено совсем иначе. Не хуже, не лучше, не сложнее, не проще, а ПО-ДРУГОМУ. И что мне для того, чтобы возникло желание такое же, как у тебя с пол-оборота в ответ на какой-то незаметный штришок в моем облике, кусочек оголенной коленки и прочей внешней ерунды, на которую ты клюешь, как глупый карась. Что МНЕ НУЖНО ВРЕМЯ! Что желание во мне формируется и развивается постепенно, порой волнообразно и несколько дней. Что пик моего сексуального вожделения может прийтись как раз на спад твоей сексуальной активности. Когда ты уже выдохнешься, выбьешься из сил и отвернешься безнадежно к стенке, предпочитая вторую половину кровати, я в этот момент, может быть, готова буду разорвать тебя на части от вожделения. Да, вот такая диалектика! Что тебе нужно было делать, милый, чтоб попасть в эту точку моего дикого возбуждения, когда во мне просыпается зверь не хуже твоего? Да, все элементарно просто, Ватсон! Тебе нужно было подождать, поработать над его пробуждением, поиграть с ним, подразнить, а самому при этом, своего мустанга на время запереть в конюшне, пусть сил набирается для главной битвы! А что делаешь ты? В пылу страстей и в мыле желания ты бездарно расходуешь свою мощную сексуальную энергию на соляной столб в стадии обледенения, усталости и полного штиля любых желаний. Тебе хочется легких побед, быстро и сразу?! Ну тогда кто ж тебе лекарь? Тогда выслушивай мои песни о мигрени и прочих критических днях... Конечно, когда ты реагирует на меня спонтанно, то есть без подготовок там разных и утомительных для тебя прелюдий, иногда я тоже завожусь, особенно если утром ты как-то по-другому посмотрел, «по-нашему», ну ты знаешь... А потом в обед подошел сзади и просто поцеловал в шейку... и предложил мне отдохнуть после ужина, а сам вымыл посуду... А вечером перед сном подарил бы мне какую-то безделушку и вдруг вспомнил бы, что ровно 386 дней назад точно в это время у нас был самый классный секс (вечер, разговор, открытие, событие), и что ты безумно хочешь его повторить, потому что любишь меня... Как тебе кажется, после всего этого я вспомню о головной боли, усталости, квартальном отчете, двойках сына и прочих мелочах жизни? Как ты мог такое подумать! Ведь для меня самое главное на свете – быть желанной и знать, что ты меня любишь! Но пойми, не могу же я все время сдаваться без боя! Мне нужно, чтоб ты меня покорял, потому что моя грань страха находится на другом уровне отношений. Она вне тела. И если ты не успеваешь или не хочешь ее преодолеть, то мое тело отталкивает тебя. Оно не готово. Оно защищается. Ведь что греха таить, иногда ты используешь секс, чтоб уйти от проблем, чтоб загладить свою вину, чтоб выйти из конфликтной ситуации, не понимая, что таким образом не решить сложных жизненных противоречий. Что я воспринимаю это как трусость или капитуляцию, и это не прибавляет мне ни уважения к тебе, ни сострадания к твоим внутренним барьерам, мешающим тебе преодолеть собственную гордыню и шагнуть мне навстречу как-то иначе. Да, я сдаюсь, и подчиняюсь, и уступаю, но не до бесконечности. В один прекрасный момент во мне проснется смелость и чувство собственного достоинства, и я больше не пойду у тебя на поводу. Мне захочется вырваться из плена сексуальной зависимости от твоих желаний, потому что у меня возникнут желания – свои, которые ты пропустил, отвернувшись к стенке... Когда ты не понимаешь, что я тоже хочу тебя, и я та женщина, которую ты можешь научить самым изысканным фигурам высшего пилотажа? А вместо этого ты подавляешь мои желания своей излишней активностью и нетерпением, а я начинаю искать тихую пристань своих несбывшихся надежд. Вот так! И кого же в этом винить? Нас обоих. Тебя, за то, что не даешь себе труда задуматься над этим, и меня, которая об этом молчит, как партизан. Так может быть, откроем, наконец, наши карты, тем более, что, продолжая играть в том же духе, мы рискуем оба оказаться в «дураках»… Related items
|
Состав: 100 гр. филе лосося без кожи, 1 очищенный лук-порей, 0,5 листа альгена (водоросли Нори), 2 ст. ложки 
Состав: пол-листа альгена (Nori), 2-3 горки 
Состав: 1 сырая крупная креветка без головы (Black Tiger 16/24), соль, ок. 1 ст.л. готового 
